Опера, оперетта, мюзикл...

Адам и Ева

Рука убийцы потянулась к ее щеке. Девушка, наконец, сделала усилие и отпрянула немного назад. Он не причинит ей вреда, хоть пляж и почти пуст. Он орудует там, где толпа. Да и делает он это чужими руками, лишь только утяжеляя и очерняя свою душу неизгладимым грехом. Она отводит глаза. Почему? Боже! Она любит чудовище. Кто она после этого? Грешница, искушенная самим дьяволом? Ее колени падают на еще не до конца остывший песок. Слезы катятся из глаз. Он опускается рядом и крепко обнимает ее.

Чиновники как книги в библиотеке: самые нужные стоят на самом верху.

Снял я с неё шубу, смотрю - ну селёдка селёдкой...